Лев Зиновьевич Копелев и Харьковский университет: воспоминания и документы - ПосоховC. И. (Харківський історіографічний збірник)
От составителя: О Л.З. Копелеве я узнал благодаря его «Вуппертальскому проекту»1. Этот проект не может не вызвать восхищения. И дело не только в его масштабности, но и направленности. Его суть изложил Яков Драбкин в замечательной книге «Лев Копелев и его «Вуппертальский проект»: «Получив в начале 1980-х годов постоянную работу в Бергском университете в Вуппертале, Лев Копелев обрел возможность собрать группу немецких энтузиастов широкого профиля - историков, филологов, искусствоведов, культурологов. В руководимом им университетском семинаре вскоре началось разностороннее изучение обозначенных еще Гёте (который первым в 1828 году ввел в обращение понятие «мировая литература») проблем «западно-восточных отражений». В данном случае, речь шла прежде всего о тысячелетних российско-немецких духовных, культурных, человеческих связях. Постепенно выкристаллизовывался смелый и многотрудный рабочий план, рассчитанный на годы: собрать и обобщить литературный тезаурус накопленной веками народной мудрости россиян и немцев. ... [Исследователи] поставили перед собой двустороннюю задачу: во-первых, реконструировать уходящую корнями далеко в глубь веков историю появления у обоих народов «образа чужого», а во-вторых, обосновать осознанную в полной мере лишь в наши дни настоятельную необходимость решительного искоренения устойчивых исторических предрассудков, и особенно «образов врага». Были задуманы две параллельные серии, составляющие десяток больших, основательно документированных и щедро иллюстрированных томов «Западно-восточные отражения. Вуппертальский проект исследования под руководством Льва Копелева истории немецко-русских образов врага от истоков до XX века». Серия «А» (красная) - «Русские и Россия глазами немцев» и серия «Б» (зеленая) - «Немцы и Германия глазами русских»2. Первый том был готов в 1984 г., а всего вышло 12 томов. После того, как я ознакомился с содержанием книги о Вуппертальском проекте, мне захотелось больше узнать о его авторе, сведения о котором в моем сознании определялись всего лишь несколькими словами: «диссидент», «эмигрант», «друг Сахарова». Оказалось, что его судьба была связана с родными мне Харьковом и Харьковским университетом. В 1926 вместе с родителями он переехал в Харьков: работал разнорабочим, учеником токаря, затем стал сотрудником заводской многотиражки Харьковского паровозостроительного завода (ныне Завод имени В. А. Малышева), в 1933 г. поступил в Харьковский университет. Более того, обратившись в архив Харьковского университета я обнаружил его личное дело и узнал, что он учился на философском отделении исторического факультета! В личном деле сохранилось оригинальное фото тех лет и некоторые документы. Приложив совсем немного усилий я обнаружил в интернете воспоминания Л. 3. Копелева, где идет речь, в том числе, и о харьковском периоде жизни. Они были совсем недавно переизданы в Харькове благодаря инициативе Харьковской правозащитной группы и при поддержке представительства Фонда Генриха Бёлля в Украине3. Важно отметить, что в конце указанной книги Е. Захаров опубликовал некоторые документы (протокол допроса двоюродного брата Копелева М. С. Поляка и «Дело о контрреволюционной троцкистской группе в редакции газеты «Харьковский тепловозник»»). Тогда я поймал себя на мысли, что мне хочется сопоставить данные документов и воспоминаний, что я и сделал. К чести Льва Зиновьевича воспоминания «не грешили против истины», но, в известной мере, воспоминания и документы дополняют друг друга, а в своей совокупности позволяют увидеть больше нюансов, подробностей, понять хитросплетения многих процессов. Именно после этого я решил сделать нечто подобное и с университетской страницей жизни Л. 3. Копелева. Ниже приводятся выдержки из воспоминаний об университете4, а также документы5. Надеемся, что тем самым не только появится возможность «сравнить» и «дополнить» информацию, но и состоится возвращение в историю университета одного из его бывших студентов.